«Это жизнь, Бэмс!» Не стало народного артиста России Альберта Филозова

Газета "Новые известия" (newizv.ru), Веста Боровикова, фото Анатолия Морковкина

«Это жизнь, Бэмс!» Не стало народного артиста России Альберта Филозова

Если бы на то, чтобы определить этого актера, дали только одно слово, то это было бы «интеллигентность», а если бы два, то еще «чуткость». Это уходящая натура – прекрасные дети «оттепели», родившиеся в кровавом тридцать седьмом. В их доме всегда были книги, на стене – портрет Эрнеста Хемингуэя, в сердце – уважение к ближнему. Это поколение «старых русских» – они не умели изображать дружбу в соцсетях, но умели уважать ближнего, думать сами, чувствовать низость и сохранять свою совесть чистой. Сегодня ушел еще один из них – Альберт Филозов. 14 лет назад мы познакомились с ним в театре «Школа современной пьесы», и он рассказал мне о своей молодости. Это были лучшие годы его жизни. О них хочется вспомнить сегодня – по рассказам его самого и его друзей по театру.

Флигель

...После школы студии МХАТ Филозов попал в театр Станиславского. Худруком там был легендарный Яншин, а директором – Гвеселиани, племянник Сталина. Благодаря родству они оба обошли закон, по которому брать в театр можно было только с московской пропиской. Яншин решил омолодить состав и взял двенадцать провинциалов, только получивших диплом. Шестерых прописал у себя он, шестерых – Гвесилиани. Среди них были и Алик Филозов, и Юра Гребенщиков, два друга-провинциала, не разлей вода, оба из Свердловска, их нашла там выездная комиссия Школы-студии МХАТ. Всех провинциалов поселили во флигель с декорациями при театре. Флигель граничил с Музеем революции. Работники музея постоянно звонили и писали жалобы племяннику Сталина на обитателей флигеля – те всю ночь пели, пили и плясали прямо под окнами. А Урбанский еще и громовым голосом читал по ночам своего любимого Маяковского. Сын «врага народа» из лагеря в Заполярье был принят в труппу вместе с Филозовым, жил с ним в одной комнате и прописан был также не то у племянника Сталина, не то у Яншина. Вот только порцию в обед он получал, по указу Яншина, двойную – за размеры.

Этот флигель стал местом великих встреч. В гости к Филозову, Гребенщикову, Урбанскому, Константиновой, Анисько приходили Окуджава, Евтушенко, Айтматов, Гагарин... «Обитатели флигеля все были влюблены, все переживали друг за друга. Вместе ходили на премьеры, на выставки, на поэтические вечера», – рассказывала мне Алла Константинова.

...Когда Урбанский женился на Дзидре Роттенберг и привел ее во флигель жить, деликатный Филозов уступил ей свое место, освободил для влюбленных комнату. Много позже, после трагедии с Урбанским, Дзидра уехала на родину и никогда не общалась ни с кем и только Филозову во время его гастролей в Латвии сделала исключение. Филозов был близким другом Урбанского. Его смерть стала его первой большой потерей.

Роли

Филозову везло с учителями. Он играл с Марией Кнебель, ей было чуть больше полтинника, и она была еще в силе, учила его грозно и страстно, в то время как всем остальным, которые учились мастерству актера в любой из московских школ, достались только ее книги. Потом судьба свела его с Анатолием Васильевым. Васильев собирался ставить спектакль по пьесе молодого, непечатаемого и несоветского Виктора Славкина. Пьеса называлась «Дочь стиляги». Шел 1979 год. Москву чистили перед Олимпиадой, героев пьесы вышвыривали за 101-й км. Все несоветское было смерти подобно. Когда через год умер Высоцкий, и вся Москва пошла его хоронить, официальный некролог вышел только в «Вечерке». Небольшая заметка мелким шрифтом. И вот в такой обстановке Васильев решил запустить «Дочь стиляги». Понятно, что тот, кто сыграл бы в ней невозвращенца Бэмса, станет невыездным и несоветским до конца дней. Бэмсом стал Филозов. С ним играли Виторган и Гребенщиков, это была мужская пьеса об утраченных иллюзиях и невозможности счастья. Успех спектакля «Взрослая дочь молодого человека» был такой, что люди приходили на спектакль в старых штанах – все знали, что билетов нет, и устраивались между рядами прямо на пол. Фраза «Да, Бэмс, это жизнь!» стала паролем для входа в хороший дом, где слушали джаз. Название все же пришлось заменить, чтобы не махать красной тряпкой перед быком. Алексей Козлов, который тогда бы известен как любитель запрещенного стиля музыки и покупал мебель в комиссионках, поскольку был беден, как и все, кто играл этот самый джаз, самолично учил Филозова играть в пьесе джаз на рояле, потому что Васильев хотел, чтобы все было, как в жизни.

Все и вышло, как в жизни. Васильева выгнали из театра. Филозов и группа товарищей ушли в знак протеста вместе с ним. Их приютил Любимов. Которого потом выжили из страны, как и Васильева. Последнего, правда, много позже. Ну, а Филозов обосновался на Таганке, откуда потом перешел в «Школу современной пьесы». Там он сыграл прекрасные роли. «Пришел мужчина к женщине» была любимым спектаклем московских театралок, барышень от сорока. Он играл в Акунинской и Чеховской «Чайках», в «Одержимых» по «Бесам» Достоевского и в «Холостом Мольере». Последнюю роль сыграл в «Городе» Гришковца в театральную ночь на 27 марта. Спектакль играли в Манеже. Стоя на стремянке, он видел зрителя в последний раз.

Народного артиста Российской Федерации Альберта Леонидовича Филозова не стало в понедельник, 11 апреля. Гражданская панихида в театре состоится 13 апреля, в 10.00 утра.

Оригинал на http://www.newizv.ru/culture/2016-04-11/237699-eto-zhizn-bems.html

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.

Вероника Калинина

Руководитель литературно-драматургической части
news@tatd.ru
8 (4822) 34-54-64

Администрация

info@tatd.ru

PR-отдел

pr@tatd.ru

Тверь, Советская 16

Касса:
(4822) 32-09-09
(4822) 32-22-92
Пн-Вс: 11:00 - 19:00
Hot

Подписка на новости

Яндекс.Метрика