Мэтр за мэтром

Журнал "Театрал" (teatral-online.ru), Марина Шимадина

Мэтр за мэтром

На Международном театральном фестивале имени Чехова выступили завсегдатаи смотра и любимцы московской публики – Филипп Жанти и Деклан Доннеллан. Оба знаменитых режиссера остались верны себе, но нашли, чем удивить зрителей.

Психоделический трип

«Внутренние пейзажи» Филиппа Жанти отчасти можно назвать дайджестом его предыдущих постановок. Постоянные и внимательные зрители найдут тут немало отсылок к «Балилоку», «Краю земли», «Неподвижным пассажирам» и другим работам мастера. Стиль Жанти узнаваем с первого взгляда: те же невероятные психоделические картины, причудливая логика сновидений, выстраивание системы двойников, игра с масштабами, людьми и куклами, мужским и женским началом.

Но есть тут и нечто новое. Впервые в творчестве Жанти так явно и внятно проступает военная тема. Прежде в его спектаклях иногда мелькал пылающий домик – тревожная картинка из снов или детских воспоминаний. Теперь французский режиссер рассказал эту историю до конца. Оказывается, в шестилетнем возрасте он жил с родителями в горах и стал свидетелем карательной акции фашистов, взорвавших несколько мирных домов. Они с мамой чудом спаслись, но вид горящей деревни навсегда поселился в сознании мальчика и его ночных кошмарах, иногда выплескиваясь на сцену.

Во «Внутренних пейзажах» есть сцена, прямо и наглядно демонстрирующая этот психотерапевтический эффект: два неумехи-врача проводят смешные манипуляции с телом главного героя, пока не достанут из его груди миниатюрный макет того самого сожженного домика... Собственно, все работы Жанти построены по Фрейду – на изживании внутренних травм, страхов и фобий через творчество.

Протагонисту действия, он же альтер-эго режиссера, явно неуютно во внешнем мире. Поначалу он выходит на сцену гуттаперчевой марионеткой, мечтающей стать человеком, обрывает свои нити, но на воле вдруг испытывает отчаянный страх и прячется от пустоты и гулкости темного пространства в собственноручно сооруженной клетке. Грустный портрет современного человека, тотально одинокого и не свободного. Но выход все же находится – это дверь во внутренний мир, гораздо более красочный и богатый.

Здесь растут удивительные цветы, чей нектар дарит радость и блаженство, водятся фантастические существа, опасные, но притягательные, встречаются химеры и миражи... Эротические фантазии героя воплощаются в дебелой красотке с огромными надувными ногами – доведенном до гротеска идеале женщины из фильмов Феллини. А еще во сне можно встретить самого себя, например – в виде коралла с человеческой головой. И поведение каждого из героев перед лицом своего двойника могла бы многое сказать психоаналитику.

Впрочем, спектакли Жанти не стоит анализировать рационально. Тут нет строгой логики и последовательного развития сюжета, актеры здесь не приходят и уходят, а появляются и исчезают. И неуловимость переходов, иллюзионистская природа этих фантастических видений и составляют главную прелесть его постановок. Внешне все вроде бы выглядит просто: раздувающееся полотнище шелка – вот тебе и море, таинственный свет и видеопроекции на заднике завершают сюрреалистическую картину в духе Дали.

Но на деле за этой обманчивой простотой стоит огромный труд. Над «Внутренними пейзажами» команда Жанти работала девять месяцев. Главная технологическая проблема заключалась в разработке специальной платформы, которая могла бы подниматься под любыми углами, а задачей актеров было научиться балансировать на этой покатой поверхности. Но все, кто работает в этом спектакле, знают Жанти уже не первый год и научились понимать друг друга почти без слов. Тем более что 80-летний мастер из-за проблем со здоровьем сейчас говорит очень мало. Зато не так давно он выпустил книгу своих воспоминаний, на которой частично и основаны «Внутренние пейзажи». Хочется надеяться, что она будете переведена и на русский язык.

Сицилийские страсти

Деклан Доннеллан кажется полной противоположностью французского визионера Жанти. Его спектакли всегда по-английски строги, лаконичны и безупречны. Даже фантастическую «Зимнюю сказку» Шекспира, где перемешаны времена и места действия, где люди крестятся и одновременно отправляют послов к Дельфийскому оракулу, он ставит как вполне современную драму, будто не замечая всех несуразностей сюжета.

Придворные короля Сицилии одеты в протокольные костюмы, какие и сейчас могут носить в Букингемском дворце. И психофизика актеров говорит о том, что их герои ходят с нами по одной земле. Друзья детства Леонт и Поликсен резвятся, как современные подростки, отец и сын шутливо боксируют, а королевский отпрыск закатывает истерику, как обычный избалованный ребенок в супермаркете, которому отказали в новой игрушке. Впрочем, именно этот ребенок окажется жертвой жестокого поведения взрослых и не даст этой истории завершиться полным хеппи-эндом.

Поздняя шекспировская «Зимняя сказка» состоит будто из двух разных пьес. Первый акт – трагедия наподобие «Отелло», где ревнивый тиран необоснованными подозрениями доводит до смерти свою жену и ребенка, а новорожденную дочь отдает на съедение волкам. А второй – чистая комедия, где принц соседней Богемии влюбляется в простую пастушку, сбегает с ней из дома, а она оказывается той самой потерянной в детстве принцессой по имени Утрата. И в финале к всеобщему счастью воскресает её мать-королева, якобы умершая 16 лет назад.

В общем, настоящая мыльная опера. Поэтому Доннеллан, максимально корректный в первой части, во второй позволяет себе немного похулиганить. Праздник стрижки овец в пастушьей хижине он превращает в современную вечеринку, переходящую в реалити-шоу, а мошенника, вымогающего деньги у путников, делает охранником на границе: тот требует у проезжающих кучу нелепейших справок типа формы ЩА4395, да еще норовит избить за всякое мелкое нарушение. Видимо, и терпеливых англичан допекла таможенная бюрократия и полицейский произвол. Тут, кстати, подспудно возникает тема чужаков, иностранцев, которых в Богемии очень не любят, сваливая на них все преступления. Режиссер её не акцентирует, но задуматься о нынешних мигрантах в Европе мы успеваем.

Как после такой злободневной сатиры вырулить обратно к волшебной сказке, совершенно не понятно. Но у Доннеллана это получается. Финальная сцена с оживлением мраморной статуи королевы полна такой магии и красоты, что не только наивные сицилийские придворные, а даже мы, современные циничные зрители, готовы поверить в чудо. В чудо театра, которое иногда все же случается.

http://www.teatral-online.ru/news/18668/

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.

Вероника Калинина

Руководитель литературно-драматургической части
news@tatd.ru
8 (4822) 34-54-64

Администрация

info@tatd.ru

PR-отдел

pr@tatd.ru

Тверь, Советская 16

Касса:
(4822) 32-09-09
(4822) 32-22-92
Пн-Вс: 11:00 - 19:00
Яндекс.Метрика