У Нобелевки женское лицо

Московский комсомолец (mk.ru)

У Нобелевки женское лицо

В четверг в два часа по Москве Нобелевский комитет объявил нового лауреата премии по литературе: им — совершенно предсказуемо для букмекеров и критиков — стала известная в мире белорусская писательница Светлана Алексиевич. «Нобеля» вручили «за ее полифоническое сочинение — монумент страданий и мужества в наше время». Секретарь Шведской академии Сара Даниус заявила, что Алексиевич «перешагнула границы журналистики» в описании советского времени.

СПРАВКА "МК"

Наполовину украинка, наполовину белоруска Светлана Александровна Алексиевич родилась в 1948 году в Ивано-Франковске на Украине. После того как ее отец окончил военную службу, семья перебралась в Белоруссию. В течение долгого времени писательница работала над книгой «У войны не женское лицо» (1985), которая основана на интервью с женщинами, прошедшими Вторую мировую войну. «Своим своеобразным рабочим методом — добросовестно скомпонованным коллажем человеческих голосов — Алексиевич углубляет наше понимание целой эпохи», — говорится в справке на сайте Нобелевской премии. Последствиям трагедии в Чернобыле посвящена книга «Чернобыльская молитва» (1997). А произведение «Цинковые мальчики» (1990) описывает войну в Афганистане. Одно из последних произведений писательницы — «Время сэконд хэнд» (2013).

Почему Алексиевич?

Букмекеры и СМИ задолго до объявления лауреатов начали строить прогнозы о том, кто может считаться фаворитом среди литераторов в 2015 году. Например, Светлану Алексиевич (и как видим, прогноз оправдался!), японца Харуки Мураками, норвежца Йона Фоссе, итальянца Умберто Эко, американца Филипа Рота и др.

Как бы то ни было, номинации и мнения, выраженные членами Нобелевского комитета по литературе, держатся в строгой тайне в течение пятидесяти лет. Пожалуй, самым неожиданным награждением оказалось присуждение премии по литературе экс-премьеру Великобритании сэру Уинстону Черчиллю. Логичнее было бы ожидать, что он может рассчитывать на премию мира. Однако, как выяснилось, в промежуток между 1945 и 1953 гг. Черчилль 21 раз номинировался на литературную премию и лишь дважды — на Нобелевскую премию мира.

Лауреаты Нобелевской премии по литературе писали на следующих языках: английский — 27, французский — 14, немецкий — 13, испанский — 11, шведский — 7, итальянский — 6, русский — 5 (с присуждением премии Алексиевич — 6, до этого был Иосиф Бродский в 1987 году), польский — 4, норвежский и датский — по 3, китайский, греческий, японский — по 2, сербскохорватский, турецкий, идиш, арабский, португальский, окситанский, исландский, венгерский, иврит, бенгальский, финский, чешский — по 1.

Мнение эксперта

Присуждение премии Светлане Алексиевич прокомментировал «МК» писатель Дмитрий БЫКОВ.

— Алексиевич лидировала во всех букмекерских конторах. Это выбор обозначает две очень важные тенденции. Во-первых, Нобелевский комитет оценил не изысканность художественной формы, а гражданскую направленность ее работы. Она никогда не называла себя писателем. Прежде всего она журналист. То, чем она занимается, называется сверхлитературой. Писать художественные произведения о катастрофах ХХ века как-то бестактно, даже оскорбительно. Еще Лев Аннинский сказал, что описывать холокост или вообще трагедию европейского еврейства в романной технике неуважительно. То, о чем пишет Алексиевич (судьбы женщин во время войны, судьбы детей, чернобыльцев, постсоветские драмы), — это вещи находятся за рамками искусства. Это слишком страшно, слишком интимно. Она изобретает целомудренный подход к литературе, буквально воспроизводит человеческие исповеди.

— А во-вторых?

— Большая гордость за то, что Нобелевский комитет оценил именно документальную прозу. Это доказывает, что журналистика выходит на передний край литературной борьбы. То, что делает Алексиевич, имеет отношение к художественному авангарду, поиску новой формы. Эти полифонические повествования (не один авторский голос, а множество голосов), которые отмечены Нобелевским комитетом, повествуют о трагедии. Они складывается в ощущение мощного трагического хора. Я уверен, что это хорошее художественное решение.

— Да еще и написано оно по-русски.

— Эта премия — русский правозащитник. Пятая Нобелевская премия, врученная советскому писателю. И пусть Советского Союза больше нет. Но родилась она в нем, выросла и начала печататься. Всех нас переполняет большая гордость. Мы долго ждали, чтобы Россию упомянули в нобелевском решении. Конечно, это премия русскому миру. Но не в том значении, когда она навязывается, а в значении подлинного русского мира, русских ценностей, русского авангардизма, русской жажды правды и гражданской совести.

— Ее хорошо печатают в России?

— Она у нас очень известна. Хорошо продаваемый автор. Абсолютным бестселлером стала ее «Чернобыльская молитва», книга о судьбах спасателей. Спектакль по этому произведению поставил на Таганке Анатолий Эфрос. Книги Алексиевич издаются лучшими русскими издательствами немедленно после их появления.

Алексиевич на сцене

На книгу Алексиевич, как только она вышла, сразу обратили внимание театры, столичные и провинциальные, профессиональные и самодеятельные. Самую последнюю постановку мы нашли в Алтайском государственном университете — к 9 мая ее поставила со студентами режиссер Татьяна Стебунова. И сыграли только один раз.

— 25 человек было занято, — рассказал «МК» руководитель театральной мастерской Кирилл Скобелин. — Сильное впечатление на ребят произвела эта книга. Но знаете, с какой проблемой мы столкнулись при постановке? Одну из ролей репетировал француз (он учится у нас), мы искали книгу на английском языке. Так вот, полной версии найти так и не смогли.

Актриса Театра на Таганке Мария Полицеймако играла в спектакле Анатолия Эфроса «У войны не женское лицо», поставленном по книге Светланы Алексиевич в 1988 году. Она поделилась своими воспоминаниями с «МК».

— Спектакль был потрясающий. Такие необычайные воспоминания о нем остались! Поставил его Анатолий Васильевич Эфрос. Ему принадлежала идея спектакля, он сам адаптировал произведение Светланы Алексиевич для сцены. До сих пор храню фотографии того спектакля. Там играли Таня Жукова, Костя Желдин, Зина Славина. С одной стороны, были старые солдатки, героини, которые воевали. И одновременно играли молодые актрисы — нас, молодых. Наши роли перемежались. Позади нас были подлинные фотографии. Анатолий Эфрос попросил всех принести их из дома. Потом наши семейные снимки превратили в огромные портреты. Среди них был и портрет моей мамы, которая была медицинской сестрой и была очень красивой.

На сцене стоял огромный стол — от одного портала до другого. С одной стороны сидели люди, которые воевали, а на второй — молодежь, прототипы этих стариков. Это была такая широта, такое пространство… Те, кто видел наш спектакль, говорили об очень сильном впечатлении. Я играла человека необычайной силы и мужества, попавшего в жуткие условия. Но она все преодолевала и, когда нужно было, зубами грызла мясо. Делала все, чтобы выжить.

В общем, это произведение Светланы Алексиевич и наш спектакль имели большой успех, потому что в них была такая незаживающая рана. И книга написана настоящим языком. Зрители плакали, говорили, что у нас в театре два таких произведения: «А зори здесь тихие…», которые мы раньше играли, и «У войны не женское лицо».

Цитатник Алексиевич

Книга «У войны не женское лицо» Светланы Алексиевич основана на воспоминаниях женщин, выживших в нечеловеческих условиях войны. Вот самые взволнованные, живые и искренние их голоса:

• «Вернулась с войны седая. Двадцать один год, а я вся беленькая. У меня тяжелое ранение было, контузия, я плохо слышала на одно ухо. Мама меня встретила словами: «Я верила, что ты придешь. Я за тебя молилась день и ночь». Брат на фронте погиб. Она плакала: «Одинаково теперь — рожай девочек или мальчиков».

• «Организовали курсы медсестер, и отец отвел нас с сестрой туда. Мне пятнадцать лет, а сестре четырнадцать. Он говорил: «Это все, что я могу отдать для победы. Моих девочек...» Другой мысли тогда не было. Через год я попала на фронт».

• «Моя дочь меня очень любит, я для нее — героиня, если она прочтет вашу книгу, у нее появится сильное разочарование. Грязь, вши, бесконечная кровь — все это правда. Я не отрицаю. Но разве воспоминания об этом способны родить благородные чувства? Подготовить к подвигу».

• «У меня было ночное дежурство... Зашла в палату тяжелораненых. Лежит капитан... Врачи предупредили меня перед дежурством, что ночью он умрет... Не дотянет до утра... Спрашиваю его: «Ну как? Чем тебе помочь?» Никогда не забуду... Он вдруг улыбнулся, такая светлая улыбка на измученном лице: «Расстегни халат... Покажи мне свою грудь... Я давно не видел жену...» Мне стало стыдно, я что-то там ему отвечала. Ушла и вернулась через час. Он лежит мертвый. И та улыбка у него на лице».

Оригинал на http://www.mk.ru/social/2015/10/08/u-nobelevki-zhenskoe-lico.html

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.

Вероника Калинина

Руководитель литературно-драматургической части
news@tatd.ru
8 (4822) 34-54-64

Администрация

info@tatd.ru

PR-отдел

pr@tatd.ru

Тверь, Советская 16

Касса:
(4822) 32-09-09
(4822) 32-22-92
Пн-Вс: 11:00 - 19:00
Hot

Подписка на новости

Яндекс.Метрика